Принятые во втором чтении поправки к части 4 Гражданского кодекса РФ, касающиеся взыскания компенсации за нарушение исключительных прав, усугубляет юридическую неопределённость в контексте параллельного импорта. Несмотря на отказ от конфискации, закон по-прежнему предусматривает взыскание компенсации в размере двукратной стоимости товара, на который нанесён товарный знак без согласия правообладателя. При этом в формулировке сохраняется размытое определение понятию контрафакт, что в свою очередь создаёт риск распространения санкций и на оригинальные товары.

Действующая в России национальная модель исчерпания прав усиливает зависимость внутреннего рынка от политики крупных производителей. Эта модель позволяет правообладателю самостоятельно определять, кто может ввозить продукцию на территорию страны, и тем самым устанавливать рамки для формирования цен. В ряде случаев это приводит к тому, что после ограничения импорта только через одного официального дистрибьютора стоимость товара на рынке резко возрастает, без объективных на то экономических причин, таких как рост издержек или изменение логистики.

В условиях, когда обсуждаемые законодательные изменения способны закрепить за крупными правообладателями возможность контролировать доступ на рынок, стоит рассмотреть альтернативу в виде перехода к международной модели исчерпания прав. Такой подход реализуется в ряде стран с развитой конкуренцией и способствует снижению ценовой зависимости и расширению ассортимента оригинальной продукции на внутреннем рынке без ущерба для правомерных интересов производителей.

P.S. В рамках международной модели исчерпания прав правообладатель утрачивает контроль после первой законной продажи товара в любой стране мира, то есть при условии, что товар введён в оборот с согласия правообладателя.